Равенство комедий

Царь - в Москве? Разве это не сенсация? К тому же Бунша-Корецкий типичный «пролетарий». У него есть документ, удостоверяющий, что «моя мама изменила папе, и я - сын кучера Пантелея. Я и похож на Панте-лея».

Читаешь эту комедию и все время ловишь себя на том, что она, очевидно, писалась, когда созревала главная книга Булгакова - «Мастер и Маргарита». Только здесь нет ни Воланда, ни Патриарших прудов; но есть Банный переулок, есть фантастические превращения: царь Иоанн с опричником, люди двадцать третьего века, есть и свой Аметистов - теперь он Юрий Милославский (по прозвищу Солист) с французскими словами «пардон» и «мерси», отчаянный пройдоха и вор. Он проник в комнату соседа инженера Рейна - Михельсона, обчистил ее. Разыгрывая барышню, позвонил на работу холостяку Михельсону, потом выпил водочки, закусил. Снова позвонил на службу: «Наркомснаб. Мерси. Добавочный девятьсот. Мерси. Товарища Михельсона. Мерси. Товарищ Михельсон? Это я опять. На чем вы водку настаиваете?.. А какой вам сюрприз сегодня выйдет! (Кладет трубку.) Страшно удивляется. (Выпивает.) Богат и славен Кочубей. Его луга необозримы!..»

«Механизм времени», слетавший в шестнадцатый век, разрушил стену в комнате Рейна, и перед ним предстал в пальто Михельсона, с украденными часами Милославский. «Виноват,- сказал он,- как пройти на улицу? Прямо? Мерси!» Так случилось, что «механизм времени» унес в двадцать третий век Рейна вместе с Бунша-Корецким и Милославским. Механизм взлетел, а в Банном переулке,, паника. Ворвалась милиция: «Где царь?» А бедный, испуганный Михельсон кричит: «Какой царь? Обокрали меня!.. Ограбили».- «Без паники, гражданин. Товарищ Сидоров, займите черный ход».

Это все - настоящее. А как же выглядит у Булгакова фантастическое будущее?

У Маяковского в «Клопе» это общество пятьдесят лет вперед, близкое и реальное, куда и попадает «размороженный» Скринкин-Присынкин. А в «Бане» Фосфорическая женщина, отобрав лучших, умчалась на «машине времени» в далекое-далекое завтра.

© 2008-2019 bestcourses.ru