Премьера "Ревизора"

В этом заключалась полемичность режиссерского плана. Стоит вспомнить, что «Ревизора» во все времена, да и в 20-х годах, играли как бытовую комедию с водевильной стихией. Этот какон начал разрушать Станиславский в своей постановке «Ревизора» в 1921 году. И теперь, оттолкнувшись от этого опыта (Мейерхольд высоко ценил Михаила Чехова в Хлестакове, как и Чехов использовал достижения Мейерхольда в своих позднейших работах; они взаимно обогащали друг друга), режиссер в тимовском спектакле идет дальше: он неуклонно проводит «курс на трагедию», укрупняет планы сатиры еще и тем, что решает показать в «Ревизоре» не заштатный уездный городок, как в Художественном театре, а столицу России, всю гоголевскую эпоху с ее «скотством в изящном облике брюлловской натуры», в ее роскоши и в ее самодержавном величии.

«Ревизор» у Мейерхольда был открытием нового, доселе не прочитанного Гоголя, не только как автора этой комедии, но и автора петербургских повестей («Невский проспект», «Нос», «Записки сумасшедшего»), Гоголя как трагикомического писателя, грустного и печального, который признавался в «Исповеди»: «В «Ревизоре» я решился собрать в одну кучу все дурное в России».

Сатира обретала огромнейшие пространства.

Чтобы воплотить такой замысел, Мейерхольд выходит за рамки комедии, создает объемную, тяготеющую к всеобщности композицию спектакля. Ему мало было одного гоголевского сюжета, он стремился к многоплановости, досконально разрабатывая любой сюжет, в том числе и «комедии ошибок» (городничиха - Хлестаков - дочка), вводил новые персонажи - Заезжего офицера, Капитана, Поломойку в трактире, эту «Кармен из меблирушек». Поломойка, Заезжий офицер - персонажи, возникшие из рассказа Утешительного в «Игроках».