От поэзии - к театру

Судя по отзывам, наибольшее впечатление на зрителей производил сам Маяковский в образе Человека просто. Он взбирался невидимый для зрителей по пожарной лестнице вверх за левым порталом сцены. Там ему надевали широкую кожаную лямку, и в нужный момент он вываливался из портала и парил над толпой нечистых. Нагорную проповедь он произносил своим громовым голосом, интонационно просто, и его реплики-стихи, проникнутые библейскими ассоциациями, оказывались доходчивыми, озорными, пародийными и вызывали смех и оживление в зрительном зале.

Всего три спектакля «Мистерии-буфф» прошли в праздничные дни. И спектакль закрыли.

Буря страстей бушевала вокруг пьесы в прессе: боевую политическую сатиру, воодушевленную коммунистической идеологией, встретили в штыки. Поэт отбивался, требовал привлечь к общественному суду А. Ле-винсона - автора статьи в «Жизни искусства» - «за грязную клевету и оскорбление революционного чувства», писал письма наркому А. В. Луначарскому, обращался к рабочим за поддержкой, читал пьесу в пролетарских клубах.

В «Мистерии-буфф» Маяковский продолжал все то, что он накопил в поэзии. В пьесах он оставался поэтом со всеми своими индивидуальными особенностями - дерзким новатором, вождем русского футуризма, ломавшим в литературе каноны, научившимся «острить слово», делать его сжатым и ударным, экономным и метафоричным, точно передающим движение мысли, «медь проповеди», буйство красок жизни. «Мы идем с новым словом во всех областях искусств»,- говорил Маяковский в 1913 году. А год спустя настойчиво утверждал: «Поэзия - ежедневно по-новому любимое слово. Сегодня оно хочет ездить на передке орудия в шляпе из оранжевых перьев пожара!»

Маяковский был удивительно артистичен, все в его выступлениях - голос, басовитый и сильный, блеск остроумия и гордая осанка - поражало внутренней гармонией. Он сразу находил единомышленников, шутил и перекидывался с ними остротами, легко и звонко парировал тех, кто на его выступлениях ждал скандала.