Комический алогизм

Конечно, не все у Слонимского сегодня выглядит современно. Прошло более шестидесяти лет, с тех пор как писалась эта работа. Опыт изучения гоголиады был тогда невелик. Но важно, что и в ту раннюю пору советского литературоведения Слонимский оценивал формы комического в спайке комизма с серьезным содержанием.

Вторая глава, «Комический алогизм», написана с большой убедительностью. Абсурдность комического, составляющую основу реализма гоголевских комедий, Слонимский выводит из размышлений самого писателя. Теоретик цитирует слова Гоголя: из «Носа» - «чепуха совершенная делается на свете; иногда нет никакого правдоподобия»; из «Мертвых душ» - «Но это однако ж несообразно», «Это выходит, просто: Андроны едут, чепуха, белиберда, сапоги всмятку! это просто черт побери!»; из «Авторской исповеди» - «Передо мной носилась комедия, имя которой бестолковщина»; из писем - «Потрясающая бестолковщина наших дней наполняет всех страшной тоской».

Отсюда и делается Слонимским вывод: наиболее яркой формой комического гротеска у Гоголя является бессмыслица алогизмов; комизм бестолковщины, абсурдных умозаключений и является ведущей чертой лучших и самых смешных произведений Гоголя. Гоголевский сатирический комизм проходит через все его творчество, обнаруживается в ситуациях и положениях, в авторской речи и в речах и репликах персонажей, в построении диалога, в мотивировках и поступках действующих лиц. Если Маяковский считал в 1923 году одной из существенных черт своей «Схемы смеха» «абсурдный гиперболизм», в том же году Слонимский на основе анализа гоголевских комедий выводит понятие гротеска как «потрясающей бестолковщины», как формы наиболее остросатирического комизма абстрактных умозаключений. По сути, и Маяковский, и теоретик Гоголя смыкаются и не противоречат друг другу в понимании сатиры.

Гротеск у Гоголя - метод обостренной гиперболизации, заострения жизни, типического в ней. Вспомним, как строится завязка «Ревизора».

© 2008-2019 bestcourses.ru