Клоп и "Баня" Владимира Маяковского

Маяковский воевал с «психоложеством», с психологической устремленностью искусства МХАТ и других «аков» (академических театров). Однако, как нам теперь известно, поэт с уважением относился к Вахтангову, смотрел в Третьей студии МХТ (с 1926 года Театр имени Евг. Вахтангова) «Принцессу Турандот», налаживал связи с МХАТ, даже собирался для этого театра написать комедию. Маяковский был на спектакле «Дни Турбиных» в Художественном театре. А Мейерхольд в эти же годы просил у Булгакова новую пьесу, написал писателю письмо, извинялся, что не знает его имени и отчества. Булгаков ответил ему отказом .

В «Клопе» Маяковский поставил фамилию Булгакова в «словарь умерших слов» (профессор в стране 1979 года ищет слово «буза» в словаре, повторяет: «Буза... Буза... Буза... Бюрократизм... богоискательство, бублики, богема, Булгаков...»). И все же я смею утверждать, что и Булгаков своими пьесами и фельетопами, особенно «Зойкиной квартирой» и «Багровым островом», мог чем-то, что таилось в его сатирическом методе, положительно повлиять на автора «Клопа» и «Бани».

Конечно, обидно сегодня слышать имя Булгакова, поставленное рядом со словами «богема», «бублики», против чего с таким жаром выступал Булгаков (вспомним мещанскую «богему» в «Зойкиной квартире» или беспощадную сатиру Булгакова на ресторанный угар, где обычно распевались «Бублики»). И писал о том, как смело шел Булгаков по следу «Бани», создавая свою утопическую комедию «Блаженство». И если отбросить постоянный полемический азарт Маяковского, не покидавший его до последнего мгновения жизни, если сегодня, перечитывая «Клопа» и «Баню», подумать о тех произведениях, которые так или иначе в контексте сатирической драматургии того времени могли составлять атмосферу, способствующую созданию последних и итоговых комедий Маяковского, то среди современных ему сатирических произведений следует назвать агитса-тиру: «Работяга Словотеков» М. Горького, «Мандат» Н. Эрдмана, «Зойкину квартиру» и «Багровый остров» М. Булгакова и комедии М. Кулиша «Так погиб Гуска» и «Народный Малахий». А ведь это были пьесы психологического гротеска, бытовые и условные, находящиеся в рамках гоголевских традиций.