Абсурды и несуразицы

Эти два плана, соединяясь, и создают абсурды и несуразицы, то есть то, что и образует фантасмагорию. Мертвый Почесухин вспоминает, как обожрался гречишными блинами и пошел в баню париться. «Ну, и запарился до смерти!» При слове «баня» «наш» Почесухин вздрагивает. Как же так? Ведь в Новых банях два месяца парилка не работает. «Мы там руководство менять собираемся». Топтунов не оправдал доверия! Напился пьяным, ворвался в женское отделение, начал плясать голым «барыню». Это - чисто комическая логика: Почесухин потерял связь времен, бредит, несет какую-то околесицу.

Почесухину понравилась «житуха» в обществе купца. Перед ним вынырнул из той, его настоящей жизни Чуркин в облике официанта. «Чего ты в официанты пошел? Ведь ты сантехник?» И исчезает. На его место Топтунов является. Почесухин: «Из бани, значит, сюда?» Генерал (памятник ему с орлом по соседству с мраморным креслом находится) жалуется, что шалят хулиганы, «орла чуть не махнули». Вытянулся по стойке «смирно» Почесухин, заверил: «Примем меры, товарищ генерал! Дам указание. Лично прослежу».

А генерал - буйный. Гуляет. Рубает шашкой пальму. «Руби, плачу! Руби, генерал!» - кричит купец первой гильдии. Шампанское подают в ведрах. Все можно. Появляются цыгане. Начинается настоящий шабаш ведьм, кутерьма. Содом и Гоморра. Почесухин бредит, стонет, поет протяжно: «Мишка. Мишка! Где твоя улыбка...»

Купец швыряет в зеркало бутылку шампанского. Она с треском разбивается. И Почесухин просыпается.

В фантасмагории крупнее и выразительнее, чем в бытовых сценах, выступает подлинное лицо Почесухина - не только мещанина, но и собственника, лицемера, мечтающего о ресторациях и разгулах. Верно ведь разгадал сущность нашего Почесухина купец первой гильдии: «А что ты вообще видел-то. Революцию? А зачем она тебе? Я же вижу, что лично тебе она была ни к чему! »